Русская Революция глазами евразийца


Публикую свою старую статью. Напоминаю, что есть различие между историческим событием и современным «сопротивлением режиму». Оранжевые перевороты и события начала прошлого века лежат в разных плоскостях. Моя точка зрения на вопрос является личным мнением, цель публикации начать дискуссию по важнейшему событию нашей истории.

7 ноября — дата годовщины Октябрьской революции, события, которое вызывает ожесточенные споры, события, которое не может трактоваться банально и упрощенно, великого по масштабу и по последствиям. Этот памятный день дает нам еще один повод поговорить о нашей истории и ее восприятии. В концепции единого учебника истории, который, если будет сделан на должном уровне, поможет, хотя бы отчасти, перекрыть либеральные кривотолки о нашей Истории, Октябрьская революция пока что входит в число «спорных» по трактовке событий.

Безусловно, чтобы понимать, что такое Октябрьская революция, нужно понимать, что было до нее. И здесь мы обратимся к отцу-основателю евразийской мысли Николаю Трубецкому. Его оценка царству Романовых достаточно радикальна — это «романо-германское иго». И конечно же, вестернизация элиты во времена царствия династии Романовых шла полным ходом и привела к максимальной отдаленности элиты от народа. Важно, однако, удержаться от вульгарно-марксисткой трактовки Российской Империи как «тюрьмы народов».

Истина в данном случае лежит где-то посередине. С одной стороны, после великой победы 1812 года среди интеллигенции и элиты стала появляться некая тенденция к возврату к русской старине, однако процесс не стал массовым, и потому отчуждение элиты от народа продолжалось.

Очень ослабил государство и народную веру тот факт, что Петр I упразднил институт патриаршества, и Российская Православная Церковь фактически была обезглавлена на несколько столетий — это был сокрушительный удар по симфонии властей и византийскому идеалу. Патриаршество было ключевым институтом в концепции «Москва — Третий Рим», в проекте, с которым решительно порвал Петр, перенеся столицу в построенный по западным выкройкам Санкт-Петербург.

Многое можно сказать и о крепостничестве и русофобии элиты романовской эпохи. Однако была и другая сторона, были великие победы и народные подвиги, была великая культура Серебряного Века и неизбежная евразийская экспансия, расширение России и ее народа. Потому на вопрос «СССР или Российская Империя?» правильнее смотреть с точки зрения преемственности и непрерывности нашей истории, с той точки зрения, которую Александр Проханов называет Пасхальным Чудом Русской Истории.

Объективен и тот факт, что к концу XIX века потенциал Романовской модели развития России был исчерпан. Большая Система Россия ( по Андрею Фурсову) начала шататься и стояла на краю гибели. Кризис элиты, которая почти превратилась в отдельную от своего народа расу, и общее падение нравов были повсеместны, а церковь, лишенная Патриарха, не могла в полной мере противостоять этим процессам. И грянул гром.

Мы все помним о положительной трактовке поэтов-провидцев Александра Блока и Николая Клюева мессианской сути Русской Революции, о ее христианском характере. Так ли это? И да, и нет. Все дело в том, что во время смуты и крушения старой модели всегда всплывают два типа человека — герой и негодяй. Один искренне идет за высокими идеалами, в нем горит пламенная вера в правду и справедливость, другой же, прикрываясь высокими идеями, сеет зло, пользуясь хаосом и временным безвластием. Так и в революции.

Сергей Кара-Мурза в своей монументальной работе «Советская Цивилизация» пишет, что в предреволюционные годы в России, несмотря на голод, 50% зерна шло на экспорт, а крестьяне не могли получить земли, чтобы прокормить себя. Неприятие русским народом и Россией как цивилизацией реформ Петра Столыпина, ставших началом становления капитализма в России, привело к тому, что народ поверил и пошел за революционерами. Революция победила потому, что народ ее принял, и принял искренне.

Это совпало с тем фактом, что Россия была ввязана в Антанту и воевала на стороне своих геополитических врагов. И в этом контексте Советы решили множество проблем России, дали ей новую форму власти. Что, разумеется, не отменяет деятельности троцкистов и прочих аналогично мыслящих групп, которые вели борьбу с церковью и народом, запустили губительное течение, которое смог полностью свернуть и повернуть вспять только Сталин, в том числе восстановив Патриаршество.

Но речь сейчас идет не о Сталине и его безусловном гении — речь идет о тех людях, которые были у руля до него. А там не было единства. Страна разрывалась различными течениями с совершенно разными лозунгами и конечными целями: был Ленин, но был и Лев Троцкий.

Здесь важно разобрать две вещи. Одно дело, когда революцию критикуют консерваторы и патриоты, — и совсем другое дело, когда либералы и западники. Аргументы первых, как правило, справедливы: они критикуют то, в чем повинны троцкисты, деяния их рук. Совсем другое — аргументы либералов, нацистов и всякой прочей западнической публики: Сванидзе и компания видят в революции несколько факторов, которые вызывают у них зубовный скрежет.

Во-первых тот факт, что революция все-таки спасла Россию, помогла перестроиться, и пускай косвенно, но привела к власти Сталина, который, по сути реставрировал, Третий Рим под лозунгами социализма в отдельно взятой стране. Благодаря его гению мы до сих пор существуем, хранимые ядерным оружием, созданным во времена его правления. Второе — это ненависть к «кухаркиным детям», которая просто сквозит в произведениях того же Иван Бунина, мол, как это так, — холопы получают образование и все права? Это ультразападническая и человеконенавистническая позиция, которая достойна крайнего порицания.

И наконец, третья — распространенный антиреволюционный миф, состоящий в том, что Россия уклонилась от западного пути развития и скатилась в «азиатчину». То, что во время Октябрьской Революции Россия смогла скинуть с себя романо-германское иго, факт очевидный, именно он лежит в аргументации тех, кто является ультразападником или прозападным националистом. Стоит отметить, что, скинув романо-германское иго, мы могли оказаться в лапах троцкистского сионистского ига, но этого не случилось. Победил проект Красной Евразийской Империи Сталина, а Троцкий был настигнут справедливым возмездием. Те, кто говорят, что большевистская революция была для России злом, не помнят, что либеральное Временное правительство по сути было оккупационным и вело к ликвидации России как цивилизации.

Что мы имеем в итоге? Нужно оценивать роль революции в контексте ее роли для всей нашей истории. А итог был таков: Россия не только не была уничтожена Временным правительством и иже с ними, но и стала великой державой, которая 70 лет не давала глобалистам осуществить свои бесчеловечные планы, и после развала которой наш народ и весь мир оказались под чудовищным ударом врага.

СССР, по словам Кара-Мурзы, был именно традиционным обществом, и это безусловно так, как и тот факт, что СССР был носителем общественной справедливости, по крайней мере, до 1986 года, а справедливость — это часть русской традиции.

Необходимо избегать примитивных черно-белых трактовок революции, которые упрощены и однобоки. Надо понимать, что революция была частью выхода России из системного кризиса, в который страна попала в конце XIX — начале XX века. И что, как и все события, происходившие в точке бифуркации, революция не была одноцветной, хотя очевидна ее безусловно положительная роль в контексте русской истории.

Необходимо примирение красных и белых, о котором говорит Александр Проханов. Только тогда мы не пойдем путем распри, выгодной врагу, а сможем строить новую Евразийскую Империю, продолжающую исторический путь и Московской Руси, и Российской Империи, и СССР.

Непрерывность нашей истории должна стать частью официальной идеологии. И потому, мне кажется, 7 ноября нужно сделать государственным праздником наряду с 4 ноября.

Антон Брюков

0 комментариев