НА РУИНЕ ДОБИВАЮТ КОММУНИСТОВ



Маразматичность украинских реалий превосходит все мыслимые пределы. То параноика оккупационным губернатором назначат, то бандитские разборки с гранатомётами объявят банальным хулиганством, а теперь — запретили участие в выборах партиям с левой идеологией.

Единственное, в чём, наверное, преуспела киевская хунта, так это в борьбе с советским прошлым: не хочется ей, чтобы оставались напоминания о тех временах, когда работали заводы, колосились поля, а благосостояние народа росло год от года. Ибо зима грядёт голодная и холодная: бедствующий народ запросто может начать вспоминать золотые годы.

Вот и сносятся памятники, закрываются мозаики с барельефами фанерой, переименовываются улицы — одним словом, идёт тщательное вымарывание всего, что связано с той эпохой. Но самое главное, чтобы во власти не оказалось тех, чья идеология оказалась бы удобной для социального протеста.

Ради этого и было принято правительственное постановление, запрещающее Компартии Украины (КПУ), а также двум другим политическим силам аналогичной направленности — КПУ (обновлённой) Коммунистической партии рабочих и крестьян (украинская аббревиатура — КПРС), участие в муниципальных выборах осенью этого года. При этом сами партии пока ещё не запрещены: их дела рассматриваются в Минюсте и судебных инстанциях.

Проблема в том, что столь громкое решение о борьбе с коммунистами для хунты оказалось выстрелом в пустоту. За годы независимости левые партии медленно, но уверенно теряли свой рейтинг, между ними шла постоянная междоусобная борьба вовне и межфракционная внутри: не зря сегодня под запрет участия в выборах попали сразу три (!) украинских компартии.

Ещё полтора десятилетия назад в Верховной Раде левые силы были представлены такими фракциями, как социалисты (лидер — Александр Мороз), прогрессивные социалисты (они же — витренковцы, по имени главы партии Натальи Витренко) и коммунисты. У них имелись своя, идеологически подкованная и дисциплинированная, часть электората, а также депутатские группы в советах рангом пониже.

Мороза и его партию погубило то, что он начал заигрывать Тимошенко, а в дни «помаранчевых» событий поддержал Виктора Ющенко: за это от него отвернулись избиратели тогда ещё Юго-Востока. Спустя некоторое время он переметнулся в ситуативное парламентское большинство к регионалам: этого Морозу не простил электорат западных и центральных областей. Поэтому выборы осени 2007 года стали для социалистов политическими похоронами.

Не меньшим успехом тогда пользовались и прогрессивные социалисты: во время Майдана-2004 Наталья Витренко была одним из главных борцов с Ющенко и его бандеровским прихвостнями, но позднее заигралась с регионалами, любившими забирать у своих сателлитов все активы и оставлять их у разбитого корыта.

Аналогичным образом действовал и вождь Пётр Симоненко: возглавляемая им КПУ по сути дела являлась левым «довеском» Партии регионов. По крайней мере, декларируемые ей цели о борьбе с олигархами так и не продвинулись дальше благих пожеланий, а на самом деле она была резервной корзиной, в которую нувориши складывали яйца.

Что же касается КПУ(о) и КПРС, то эти политические проекты оказались мертворождёнными. Даже затрудняюсь вспомнить, удалось ли им когда-либо провести своих кандидатов в какой-нибудь захолустный сельсовет, не говоря уже о более представительных органах власти.

Заигрывание с ПР с каждым годом способствовало маргинализации левых сил. А когда начался «евромайдан», то у того же Симоненко уже не нашлось сколько-нибудь серьёзного количества сторонников в обществе, а у его фракции в парламенте «узурпасторы» попросту изъяли карточки для голосования и сами стали «кнопкодавить».

Президентские и парламентские выборы 2014 года фактически стали лебединой песней КПУ. Сейчас эта партия — однозначный аутсайдер, теряющий последние остатки былого веса.

Какой-либо реальной угрозы для хунты коммунисты сегодня не представляют, но бандеровский режим стремится добить их полностью. Ибо нацисты прекрасно понимают, что шанса на реванш даже недобитому противнику предоставлять нельзя.

источник

0 комментариев